Юлия Иванова | Женский психолог | травма, абьюз, ВДА

Он отвечает на свои вопросы, что ничего не ждет и прошлого не жаль. Я здесь чувствую скорее усталость нежели какое-то отчаяние. Он прошёл какой-то путь и понял, что больше не хочет гнаться за чем-то, не хочет ждать и оглядываться. А хочет он свободы и покоя, забыться и заснуть. В психологии это можно описать как состояние "экзистенциального выгорания". Когда ты больше не можешь играть в игры, в которые играют все вокруг, когда не можешь ждать, что что-то изменится, не можешь делать вид, что тебе важно то, что на самом деле не важно. И ты просто хочешь остановиться. Это не депрессия в клиническом смысле, а больше честность. Человек снимает с себя все социальные маски и говорит, что я устал, хочет покоя. И это очень естественно. Но он не говорит о смерти, в этом есть разница, то есть он не хочет уйти из жизни, а, наоборот, хочет, чтобы жизнь перестала быть такой тяжёлой.

Вот здесь появляется очень важный психологический момент. Внешний мир выглядит гармонично: "торжественно и чудно..спит Земля в сиянье голубом", - красивые строки. И вроде всё на своих местах, но человек задаёт себе вопрос: "почему же мне так больно и трудно?" И это не риторический вопрос, а попытка понять себя. Он страдает и рефлексирует, спрашивая самого себя: "Это ожидание или сожаление? Что держит меня в этой боли?" С точки зрения психологии это момент встречи с собой. Когда ты смотришь на мир, который живёт без тебя, по своим законам, и понимаешь, что твоя боль не от мира, а где-то глубоко внутри. То тогда начинается честный разговор с собой: "Жду ли я чего-то? Жалею ли о чём-то?" Эти вопросы, которые задаёт человек, впервые оставшийся наедине с собой без возможности убежать в шум, в дела, в другие отношения, в запои и тд. И это действительно больно и страшно, потому что ответы могут быть неприятными.